Проблемы правового регулирования Интернет-отношений с иностранным элементом

Интернет явился довольно суровым испытанием для сложившихся правовых систем и проверкой на глубину и комплексность приобретенных правовых знаний юристов. Разрешение правовых проблем, возникающих в связи с деятельностью в новом виртуальном пространстве, требует применения самых разнообразных правовых механизмов и юридической техники.

Особую сложность вызывают Интернет-отношения, отягощенные иностранным элементом. Эти отношения имеют место когда электронная сделка заключается лицами разных государств, ущерб в результате использования веб-сайта причинен на территории иностранного государства, информация, размещенная на веб-сайте, нарушает законы иностранного государства об охране прав интеллектуальной собственности и т.д. Кроме того, связь правоотношения, складывающегося в виртуальном пространстве, с правопорядками разных государств может быть и менее явной. На нее могут указывать, в частности, место нахождения сервера и национальность провайдера. Фактически любое Интернет-правоотношение имеет иностранный элемент и тем или иным образом связано с правопорядками разных государств. Причем, можно предположить, что отношения, в которые вступают или будут вступать пользователи Интернет, имеющие согласно принципам международного частного права белорусскую принадлежность, будут в абсолютном большинстве случаев отягощены иностранным элементом. Данное предположение можно объяснить следующим образом. Во-первых, Интернет-технологии в РБ пока еще не получили должного развития (а учитывая политику белорусского правительства и довольно узкий рынок услуг в этом секторе, можно сделать вывод, что еще не скоро получат). Во-вторых, белорусский сегмент виртуального рынка услуг и предложений в силу объективных причин вряд ли когда-нибудь будет настолько емким, чтобы исключить преимущества досягаемости по Интернет рынков других государств. Пользователи с белорусской национальной принадлежностью будут приобретать виртуально товары и услуги у лиц других государств, пользоваться объектами прав интеллектуальной собственности иностранцев и вступать в другие Интернет-правоотношения.

Таким образом, Интернет, совершенно новая правовая среда, ломающая устоявшиеся представления о действии правовых норм в пространстве и стирающая национальные границы, заставляет рассматривать поведение лиц, оперирующих в ней прежде всего в плоскости международного частного права. В первую очередь применительно к этим отношениям возникают следующие вопросы международного частного права: - юрисдикции какого государства подчинено правоотношение, т.е. суд или компетентный орган какого государства вправе рассматривать дело; - право какого государства подлежит применению; - содержание применимого права.

Причем, специфика Интернет-правоотношений заставляет отвечать на эти вопросы несколько иначе, нежели чем в аналогичных случаях, когда предметом рассмотрения являются традиционные, т.е. складывающиеся в реальном мире, отношения с иностранным элементом.

Юрисдикция. Основное правило решения юрисдикционных проблем, закон ответчика, модифицируется в пользу фактической связи с государством суда.

Применимое право. Традиционно используемые в международном частном праве привязки для определения применимого права «закон места нахождения», «закон места заключения», «закон места причинения» и т.д. приобретают совершенно иное звучание и используются в сочетании с таким критерием как «место нахождения сервера».

Содержание применимого права. Развитие виртуальных отношений обозначило массу правовых пробелов и в международном, и в национальном праве. Интернет, как совершенно новая правовая среда, вызывает ряд вопросов, требующих совершенствования материально-правового регулирования. Сначала пути его совершенствования виделись самые кардинальные –введение в национальные законодательства специальных нормативных актов (Стенограмма парламентских слушаний "О правовом регулировании использования сети Интернет в Российской Федерации", 18 мая 2000 года), установление международно-правового контроля над Интернет (в частности, со стороны АСЕАН) (http://www-cse.stanford.edu/class/cs201/current/Projects/global-networks/Scenarios/int_coop.html) и т.д. Теперь, по крайней мере, в правовой доктрине и законодательной и судебной практике развитых стран начинает преобладать более осторожный и взвешенный подход . Он базируется на следующих основных постулатах (Наумов В. Суверенные сети // Компьютерра. 26 октября 1999, N43).

Во-первых, нет необходимости разрабатывать новые принципы правового регулирования Интернет-отношений. Эти отношения необходимо «локализовать», «ввести» в сложившуюся правовую систему и рассматривать в ее рамках, как правило, за счет раскрытия в законодательстве тех или иных понятий (применение глобальных коммуникаций и в бизнесе и в повседневной жизни уже привело к разработке ряда юридических понятий, таких, как экономика в режиме реального времени, электронная коммерция, электронные деньги, электронный документ, электронные платежи и так далее), а также необходимой модификации и корректировки положений действующих законов. Так, проблемы электронных сделок следует решать в рамках гражданского права, доменных имен; в рамках законодательства о товарных знаках, юрисдикции в Интернет-спорах; в процессуальном законодательстве за счет дополнения или соответствующего незначительного (самого необходимого) изменения соответствующих нормативных актов.

Во-вторых, краеугольным камнем процесса совершенствования правового регулирования Интернет-отношений считается сорегулирование. Этот термин подразумевает сочетание законодательного регулирования с саморегулированием, которое осуществляется представителями частного капитала, вкладывающего средства в обеспечение функционирования Интернет и доступа к нему (в частности, провайдерами), а также пользователями. Эти лица формируют своими действиями определенные правила поведения (обычаи и обыкновения) в виртуальном пространстве, которые закрепляются затем в законодательном порядке. Сама природа Интернет, как глобальной информационной инфраструктуры, содействует широкому обмену мнениями по вопросам правового регулирования виртуальных отношений. См., например, Открытое письмо организованной Интернет-общественности Правительству РФ - http://www.libertarium.ru/libertarium/i-openletter/lib_article_t Саморегулированию отдается предпочтение перед государственным регулированеим. Считается, что последнего должно быть как можно меньше, поскольку свобода Интернет является непременным и неотъемлемым условием дальнейшего развития этого уникального организма. На практике принцип саморегулирования сводится к тому, что в большинстве стран специальных законов о регулировании и содержании Интернет нет, что приводит к применению общего законодательства к Интернет-отношениям.